Мысли юристов вслух

Криминальное правосудие

Криминальное правосудие

Перестройка началась не только в условиях тотального товарного дефицита, но и в условиях дефицита правосудия. Существующие гражданский и уголовный кодексы были заточены на борьбу с рыночными проявлениями. Действовала ст. 154 УК РСФСР, предусматривающая ответственность за спекуляцию под которой понималась любая продажа выше государственной цены. Статья 88 УК за валютные операции предусматривала наказание в виде расстрела. С появлением рынка, пусть и примитивного, увеличилось количество споров, а судебная система осталась советской, кроме того в этот период многие судьи ушли в рынок. Арбитражная система в тот период состояла из двух частей.
   Ведомственный арбитраж рассматривал споры между предприятиями одной системы и внешние споры до 100 рублей, а государственный арбитраж рассматривал все другие споры. И система народных судов, рассчитанная на советские законы и советские отношения, где многие споры разрешались не в судебном порядке. Это сейчас продвинутые пользователи пишут жалобы папе Римскому и Бараку Обаме, а тогда обычной была жалоба Валентине Терешковой, кстати, жалобы срабатывали. Если же на сторону жалобщика становилась газета и в ней появлялась статья, все проблемы решались как по мановению волшебной палочкия. В этом я убедился еще в школе, где у меня возник конфликт с молоденькой классной руководительницей. Об этом узнал Владислав Петрович Крапивин и его лучшая ученица Ирина Чеснокова, тогда студентка журфака.
   В газете «На смену», которая являлась органом обкома комсомола, появилась статья, поддержавшая меня - первая работа Ирины. Я был не рад. Разбор полета состоялся на партийном уровне. Слава богу, все закончилось миром. Но перейдем, как говорится, к нашим баранам.
   Количество споров возросло, а адекватной системы судов не было, но никто  не может быть судьей в собственном деле. Необходим был хотя бы эрзац, и он появился. Нарождающаяся организованная преступность не хотела беспредела, тем более не хотели его спортсмены и афганцы. Поэтому, когда к ним начали обращаться обиженные коммерсанты, они поневоле стали разбирать споры.
   О том, какой был беспредел в этот период, я проиллюстрирую следующим примером. Бывший судья одного из городов области приехал в наш кооператив, как говорится, для обмена опытом с целью открыть кооператив в своем городе. Мы ничего не скрывали, и он удовлетворенный ушел.
Вечером, когда мы уже собрались уходить, в дверь зашел какой-то бомж. Мы не обратили на него внимания, так как в этом же помещении принимал граждан участковый. Бомж тихо сказал: «Ребята, помогите!», и мы увидели, что это наш судья. Он рассказал, что после нас он пошел в ресторан, где познакомился с девушками. Он представился успешным кооператором, и те пригласили его в гости. Но когда они приехали, а он был на своей машине, его взяли в оборот друзья девушек. Ребята были все в наколках и когда, слегка побив его, они уложили его на стол с циркулярной пилой и включили ее, он поверил в серьезность их намерений.
Наш бывший судья согласился на просьбу ребят отдать машину и все имеющиеся у него деньги, а так как денег у него уже не было, он, а точнее они, на его машине, привез жуликов к нам. Людей у нас было много, но их машина стояла у дверей, а других выходов из помещения не было, телефона тоже не было. Мы решили захватить бандитов, разом выскочили всей толпой и бросились к машине. Они не успели ничего понять, как уже лежали на земле. Досталось им, конечно, немного, мы же не знали, чем они вооружены. Но это была их последняя неприятность. Мы им объяснили, что они не правы и отправили в милицию, а так как будущий кооператор заявление писать отказался, утром их выпустили,  и больше мы их не видели.
Ау, Серов, ты помнишь это? Но в целом, споры разрешались цивилизованно, во всяком случае, без угроз расчленения.
   Стрелка – этот способ применялся, если спорящие стороны находились под разными крышами, или одна из сторон не имела крыши. Цивилизованность стрелки зависела от цивилизованности крыши.
   ОПС «Уралмаш», афганцы, Вагинские и Широковские старались разбираться более или менее цивилизованно. Но были и отмороженные, которые требования юридического характера, перемежали с требованиями по понятиям, в зависимости от того, что им было выгодно.
   Приведу пример такой стрелки. Председатель строительного кооператива, мой старый знакомый, сообщил, что отмороженные назначили ему стрелку и требуют отдать деньги и квартиру, которые он, якобы, должен за невыполнение договора подряда. Мы поехали втроем на стареньком «Москвиче», с нами был его охранник, крепкий неоднократно судимый парень. Приехали вовремя, т.к. опоздавший на стрелку считался проигравшим сразу. Нас сразу окружили четыре машины, в каждой из которых было по 3-4 человека. Жулики предъявили документы, которые, по их мнению, обосновывали их требования. Я как дважды два доказал пахану, что он не прав. Я не знаю, понял он меня или нет, но он, перейдя на мат и феню, выхватил пистолет и начался разговор по понятиям. Тут в спор ступил охранник, который оказался знатоком понятий, и наш оппонент опять оказался битым. После этого они попугали нас своим оружием, скорее всего газовым, и уехали. Позже мы узнали, что заявитель был наказан за «ложный вызов».
   Следующая стрелка была с участием ОПС «Уралмаш». Мой клиент, занимающийся поставкой кабеля, находился под охраной крупнейшей охранной структуры того времени «Интербосс». Мы приехали к «Белой башне» на нескольких машинах, встали, и тут же вокруг нас остановились машины. Охрана с обеих сторон обнялась, поздоровались. Сразу было видно, что они не раз встречались на ковре и ринге. Мы же быстро согласовали приемлемый для обеих сторон вариант разрешения спора и разъехались. Бумаг не марали.
   Третий пример. Обе стороны были под крышей Широкова, которого позднее убили в Венгрии. Мой клиент, а с ним я работаю до сих пор, сорвал сделку, в связи с несвоевременной оплатой другой стороной этой сделки. Он просил вернуть деньги и оплатить убытки, мы согласились вернуть деньги, но от оплаты убытков отказывались. Заседание криминального арбитража было назначено на 4 этаже здания по улице Генеральская. Заходим в помещение, за столом председатель с телом борца сумо и два заседателя статью помельче. Нас вежливо выслушали, потом заявителя попросили удалится. Минут через 15 был объявлен вердикт с нашим предложением, который был исполнен без исполнительного листа.